Салагай Олег Олегович – кандидат медицинских наук, заместитель министра
127994, Москва, Рахмановский пер., 3
Oleg O. Salagay, Candidate of Medicine, Deputy Minister
Rakhmanovskiy per., 3, Moscow, 127994
Сахарова Галина Михайловна – доктор медицинских наук, профессор, главный научный сотрудник Федерального государственного бюджетного учреждения «Центральный научно-исследовательский институт организации и информатизации здравоохранения» Министерства здравоохранения Российской Федерации, ведущий главный научный сотрудник Федерального государственного бюджетного научного учреждения «Центральный научно-исследовательский институт туберкулеза»
127254, Москва, ул. Добролюбова, 11,
107564, Москва, Яузская аллея, 2
Galina M. Sakharova, Doctor of Medicine, Professor, Chief Researcher, Central Research Institute of Healthcare Organization and Informatization, Healthcare Ministry of the Russian Federation, Leading Researcher, Federal Central Research Institute of Tuberculosis
ul. Dobrolyubova, 11, Moscow, 127254,
Yauzskaya alleya 2, Moscow, 107564
Антонов Николай Сергеевич – доктор медицинских наук, профессор, главный научный сотрудник Федерального государственного бюджетного учреждения «Центральный научно-исследовательский институт организации и информатизации здравоохранения» Министерства здравоохранения Российской Федерации, ведущий научный сотрудник Федерального государственного бюджетного научного учреждения «Центральный научно-исследовательский институт туберкулеза»
127254, Москва, ул. Добролюбова, 11,
107564, Москва, Яузская аллея, 2
Nikolay S. Antonov, Doctor of Medicine, Professor, Chief Researcher, Central Research Institute of Healthcare Organization and Informatization, Healthcare Ministry of the Russian Federation, Leading Researcher, Federal Central Research Institute of Tuberculosis
ul. Dobrolyubova, 11, Moscow, 127254,
Yauzskaya alleya 2, Moscow, 107564
В Российской Федерации (РФ) после принятия Федерального закона № 15-ФЗ «Об охране здоровья граждан от воздействия окружающего табачного дыма и последствий потребления табака» распространенность потребления курительного табака существенно снизилась. Снижение потребления курительных табачных изделий привело к появлению новой, агрессивной политики табачных компаний, в результате которой стали появляться новые, «инновационные», продукты и понятия «менее вредное табачное изделие» или «менее вредное никотинсодержащее изделие» (НСИ). Безусловно, агрессивные рекламные кампании производителей табачных изделий и электронных сигарет (ЭС) оказали воздействие на курительное поведение потребителей табака, которое в последние годы начало меняться.
Целью настоящего исследования явилось изучение новых тенденций в структуре потребления табачной продукции и НСИ в различных возрастных группах населения Российской Федерации, в частности, среди мужчин и женщин.
Материалы и методы. Анализ структуры потребления табачной продукции и НСИ проводился в рамках интернет-опроса общественного мнения по изучению уровня осведомленности о мерах по снижению распространенности потребления табачной продукции в РФ, инициированного Министерством здравоохранения Российской Федерации (2019). В опросе приняли участие респонденты (n = 1 282: 447 (34,9 %) мужчин и 835 (65,1 %) женщин в возрасте от ≤ 18–70 лет) из 73 регионов РФ. Для проведения сравнительного анализа структуры потребления табачной продукции и НСИ рассчитывалась частота их потребления в разных возрастных группах, в т. ч. среди мужчин и женщин. Статистически значимое различие между группами подтверждалось с помощью анализа зависимости в таблице сопряженности признаков с использованием критерия χ2.
Результаты. О потреблении табачной продукции и НСИ сообщили 432 (33,7 %) респондента. Наиболее востребованными изделиями являлись курительный табак (57,64 %), ЭС (34,03 %) и кальян (33,80 %). Однако в различных возрастных группах структура их потребления статистически значимо различалась (р < 0,05). Наибольшая частота (58,82 %) потребления ЭС, включая никотинсодержащие вейпы и электронные средства доставки никотина, выявлена в возрастной группе 18 лет и моложе. В более старших возрастных группах наблюдалось существенное снижение уровня их потребления. Жевательный и нюхательный табак использовался существенно реже, чем другие табачные изделия. Бездымный табак в основном (20,58 %) использовался лицами в возрасте 18 лет и моложе. Наиболее высокий уровень курения кальяна (53,85 %) выявлен у лиц возрастной группы 19–29 лет, немного ниже (44,11 %) – в группе 18 лет и моложе. Среди женщин выявлена существенно более высокая (40,35 %) распространенность курения кальяна, чем среди мужчин (26,47 %). Многими участниками опроса указано потребление нескольких видов табачной продукции и НСИ. Наиболее частое комбинированное потребление изделий выявлено среди лиц моложе 30 лет, 20,59 % участников в возрасте 18 лет и моложе применяли одновременно практически все представленные на рынке виды табачной продукции и НСИ.
Заключение. По результатам исследования выявлены новые тенденции в предпочтениях потребления табачной продукции и НСИ, что существенно меняет структуру их использования среди всего населения.
In the Russian Federation, after the adoption of Federal Law “On the Protection of Citizens' Health from the Effects of Tobacco Smoke and the Consequences of Tobacco Use”, the prevalence of smoking tobacco has significantly decreased. Reducing the consumption of smoking tobacco products led to the emergence of a new aggressive policy of tobacco companies, which resulted in the emergence of new “innovative” products and the concepts of “less harmful tobacco product” or “less harmful nicotine-containing product”. The undoubtedly aggressive advertising campaigns of tobacco companies and manufacturers of electronic cigarettes have affected the smoking behavior of tobacco consumers, which has begun to change in recent years.
The purpose of this study was to study new trends in the structure of consumption of tobacco and nicotine-containing products in various age groups of the Russian Federation, as well as among men and women.
Methods. Analysis of the structure of consumption of tobacco and nicotine-containing products was carried out as part of an online public opinion poll to study the level of awareness of measures to reduce the prevalence of tobacco products in the Russian Federation, initiated in 2019 by the Ministry of Health of the Russian Federation. A total of 1 282 respondents from 73 regions of the Russian Federation took part in the survey. Among the respondents there were 447 (34.9%) men and 835 women (65.1%) aged 18 years and younger to 70 years. To conduct a comparative analysis of the structure of use of tobacco and nicotine-containing products, the frequencies of their use in different age groups, among men and women, were calculated. A statistically significant difference between the groups was confirmed by analyzing the dependence in the contingency table using the χ2 criterion.
Results. A total of 432 respondents reported the use of tobacco and nicotine-containing products, which amounted to 33.7% of all respondents. The most used products were smoking tobacco (57.64%), electronic cigarettes (34.03%) and waterpipe (33.80%). However, in different age groups, the structure of their use was significantly different (p < 0.05). The highest level of electronic cigarette use, including vapors containing nicotine and electronic nicotine delivery product, were found in the age group of 18 years and younger (58.82%). In the older age groups, a significant decrease in the level of consumption was observed. Chewing tobacco and snuff were consumed by consumers significantly less than other tobacco products. Smokeless tobacco was mainly consumed by consumers aged 18 years and younger, its level was 20.58%. The highest level of waterpipe consumption was found among consumers in the age group of 19 – 29 years (53.85%), it was slightly less in the group of 18 years and younger (44.11%). The higher level of waterpipe consumption was detected (40.35%) among women than it was among men (26.47%). Many consumers indicated that they consumed several types of tobacco and nicotine-containing products. The most popular combination of products was found among consumers under the age of 30, and 20.59% of consumers aged 18 and younger consumed at the same time almost all the types of tobacco and nicotine-containing products that were presented on the market.
Conclusion. The study revealed new trends in preferences for consumption of tobacco and nicotine-containing products. The new trends have significantly changed the structure of the consumption of these products among the population of Russian Federation.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.